Москва, начало шестидесятых. Время, когда улицы столицы казались безопасными, а двери квартир нередко оставались незапертыми. Именно этой доверчивостью пользовался Владимир Ионесян, человек, чье имя вскоре заставит содрогнуться весь город. Он вошел в уголовные хроники как первый официально признанный серийный убийца в истории СССР, получив от следствия мрачную кличку «Мосгаз».
Его метод был прост и оттого особенно страшен. Под видом сотрудника газовой службы он стучался в двери, вызывая у жильцов не подозрения, а чувство долга — проверить счетчик, устранить неисправность. Попадая внутрь, он оценивал обстановку, выбирал жертву и действовал хладнокровно. После его визитов в квартирах оставались не только украденные вещи, но и тела убитых. Вскоре прозвище «Мосгаз» стало нарицательным, им пугали непослушных детей, а его делами зачитывалась, затаив дыхание, вся страна.
Что же толкало его на преступления? Версии следователей разнились. Одни говорили о корысти, ведь он забирал ценности. Другие искали мотив в личной драме, несчастной любви. Третьи, анализируя хладнокровность и почерк, склонялись к мысли о патологической, болезненной тяге к убийству. Его фигура стала символом того, как в самой, казалось бы, надежной системе общественного порядка может появиться трещина, впускающая абсолютное зло.
Дело Ионесяна не просто пополнило архив следственного отдела. Оно навсегда изменило быт и сознание советских людей. После него люди стали осторожнее, чаще запирать двери, спрашивать «Кто там?» через закрытую цепочку. Его история — это темная глава из прошлого, судебный протокол, который читается как триллер, и суровое напоминание о том, что преступник может носить самую обычную, доверительную маску.
