Двадцать лет за решеткой. Двадцать лет, которые забрали у него всё, кроме прозвища — Старый. Наконец ворота тюрьмы захлопнулись за его спиной. Свобода оказалась шумной, яркой и совершенно чужой. Когда-то, на суде, он молча взял вину на себя — и за себя, и за того парня, Рахима. Тогда это казалось правильным. По понятиям.
Теперь же Рахим — успешный бизнесмен, человек с положением. Про старого друга, спасшего его от пожизненного срока, он, похоже, давно забыл. План у Старого был прост и ясен: найти Рахима, забрать свою долю — двадцать лет жизни чего-то да стоят — и исчезнуть. Уехать к морю. А там — будь что будет. Обратно в камеру он всегда успеет. Героем он себя не считал. Просто хотел тихо уйти, но уже с деньгами.
Однако жизнь, как это часто бывает, смешала все карты. Рахим не торопится признавать долги, отделывается туманными обещаниями. И тут выясняется главное: у Старого есть дочь. Ольга. Совершеннолетняя женщина, живущая в инвалидной коляске. Сильная. С независимым, жестким характером. По решению органов опеки, из-за сложившихся обстоятельств, они теперь должны жить под одной крышей.
Наблюдать за этой вынужденной семейной идиллией поручено участковому уполномоченному — женщине принципиальной, строгой, но не лишенной душевности. Старый, оглушенный этим поворотом, пытается. Он изо всех сил старается быть отцом. Чинит сломанный пандус, носит тяжелые сумки, давит на окружающих, пытаясь создать для дочери «правильные» условия. Он действует так, как привык — решительно, по своим, тюремным понятиям, где сила и прямота решают всё.
Но Оле не нужны его грубая забота и попытки все контролировать. Её жизнь и без него была выстроена, пусть и трудно. Она не просила его возвращения. Ей не нужен этот чужой, опасный человек, ворвавшийся в её отлаженный мир. Она хочет одного — чтобы он ушел. Так же тихо и навсегда, как неожиданно появился. А он, глядя на её упрямый взгляд, понимает, что простой побег к морю перестал быть выходом. Придется разбираться не только с Рахимом, но и с тем, что осталось от его собственной жизни.
