Сергей долго ждал этого момента — возвращения в родной город. Но вместо знакомых улиц его встретили бетонные заграждения и колючая проволока. Родной дом теперь лишь точка на карте, которую власти обозначили как "резервацию". Зона, отрезанная от всего мира странным явлением, о котором никто не говорит открыто.
Его семья осталась там, за этими стенами. Телефонная связь давно прервалась, последнее письмо пришло полгода назад. Сергей знал — нужно действовать. Мысли о родителях и младшей сестре не давали покоя. Решение пришло само собой: он должен проникнуть внутрь, несмотря на запреты и опасности.
Попасть в резервацию оказалось сложнее, чем предполагалось. Патрули, пропускные пункты, датчики движения. Помог старый друг детства, работавший на периметре. Его испуганный шёпот перед самым входом: "Там не всё так, как кажется. Будь осторожен".
Город изменился до неузнаваемости. Улицы, где Сергей катался на велосипеде, теперь пустынны. Окна в домах темны, хотя чувствовалось — за ними кто-то есть. Люди боялись выходить, особенно с наступлением сумерек. В первые же дни он услышал разговоры о пропавших детях. Шёпотом, украдкой, с оглядкой на тени.
"У Анны с третьей улицы сын исчез два года назад", — говорила соседка, принесшая ему немного еды. "У Ивановых — дочь. Просто вышла во двор и не вернулась". История повторялась: дети пропадали без следа, без шума, без объяснений. Власти в резервации лишь разводили руками, делая вид, что ничего не происходит.
Сергей начал замечать странности. На окраине города, там, где начиналась зона аномалии, воздух мерцал, как в сильную жару. Растения росли неестественно, скручиваясь в спирали. Животные обходили это место стороной. Местные называли его "Мерцающей пустошью" и рассказывали байки о голосах, доносящихся оттуда по ночам.
Расследование привело его к старому учителю географии, который вёл дневник наблюдений. В потрёпанной тетради были записи о первых проявлениях аномалии, карты с пометками, гипотезы. "Она не статична, — прочитал Сергей, — она растёт. И питается чем-то. Или кем-то".
Мысли о сестре, которой как раз исполнилось десять лет, заставили его ускориться. Он связал факты: периоды исчезновений детей совпадали с всплесками активности в зоне мерцания. Аномалия была не просто физическим явлением — она была живой, и ей требовалась энергия. Детская, чистая, неиспорченная энергия.
Спасение семьи теперь означало большее. Нужно было не просто вывести их из резервации, а остановить то, что угрожало каждому ребёнку в этом городе. Сергей собрал всё, что нашёл: записи учителя, свидетельства родителей, свои наблюдения. Загадка резервации начинала приобретать ужасающие очертания, и разгадать её было вопросом выживания.
